Станислав Лем. Расследование -
88 >
улизнул сквозь кусты и дальше по руслу ручья. Ради чего он волок труп по глубокому снегу? Собственно, даже не волок его, как нам обоим прекрасно известно, но совершал нечто странное. В результате чего остались следы, словно кто-то голый полз на руках и коленях. Не так ли? - Да. - Зачем он это сделал? - Ситуация еще хуже, чем во время нашей первой беседы... - сказал Грегори уже совершенно другим тоном, словно делал неожиданное признание. - Человек действительно мог проникнуть в морг, если он все хорошо рассчитал. Он мог идти следом за полисменом, ибо валил снег, было темно, метель заглушала шаги; мог пробраться в морг и ждать там, скажем, три четверти часа или час, пока снег надежно заметет следы. Есть, однако, еще кое-что... Я думал, что он хотел добиться эффекта, о котором вы говорили. Я воображал, что дело прояснилось до конца, когда допустил существование человека, действующего ради того, чтобы полиция поверила в воскресение из мертвых. Но теперь даже эта версия отпадает. Преступник передвигал труп и даже бросил его. Преступника могло что-то напугать. Но чего ради он двигал покойника по снегу? Состояние трупа говорит о том, что никакого воскресения не происходило, он должен был знать, что это станет ясно, однако же бросил труп. Этого я не могу постичь - ни в категориях уголовного преступления, ни в категориях безумия. - Возможно, его спугнули, как вы минуту назад говорили. Может быть, он услышал шум подъезжающего автомобиля? - Да, он мог даже увидеть его, но... - Увидеть? Каким образом? - Когда на автостраде сворачиваешь в сторону Пикеринга, свет фар падает сверху на кладбище и крышу морга, - автострада проходит несколько выше. Я обнаружил это вчера ночью. - Но, Грегори, это крайне важная деталь! Предположим, что свет этих фар