Станислав Лем. Расследование -
20 >
дегустировал это слово на кончике языка, потом скривил свои тонкие лягушачьи губы. - Нет. То есть я так не думаю, - сгладил он категоричность своего возражения. - Безумие, простите, это не мешок, в который можно сваливать все людские поступки с непонятными для нас мотивами. У безумия имеется своя структура, своя логика поведения. Если уж на то пошло, нельзя исключить возможности, что какой-то тяжелый психопат, да, психопат, именно психопат мог бы оказаться виновником. Это единственная возможность... - Психопат со склонностями к математике, - заметил, словно бы неохотно, Сисс. - Как вы это понимаете? - Серенсен заглядывал в лицо Сиссу с глуповато-насмешливой улыбкой, в которой было нечто оскорбительное. Он не успел закончить. - Ну, психопат, который прикинул, как будет забавно, если производное от разницы в расстоянии и времени между очередными случаями, помноженное на разницу температур, окажется некоторой постоянной, константой. Серенсен нервным движением погладил себя по колену, потом принялся барабанить по нему пальцами. - Почем я знаю. Можно множить и делить про себя разные вещи, длину тростей и ширину шляп, например, и из этого будут образовываться разные постоянные или переменные. - Вы считаете, что тем самым высмеиваете математику? - начал Сисс. Видно было, что у него на языке вертится какое-то острое словцо. - Простите. Я хотел бы услышать ваше мнение о третьем возможном мотиве. - Шеппард снова поглядел на Серенсена. - Об этом ученом? Который похищает трупы? Нет. Откуда! Что вы! Ученый, который ставит эксперименты на трупах? Ни за что на свете! Идея из третьеразрядного фильма. Зачем красть труп, когда можно достать его в какой-нибудь прозекторской, и к тому же безо всяких трудностей, или же