Станислав Лем. Альтруизин -
15 >
спрашивающих ничего не последовало; но Клапауций, добавив капельку трансценденции и повернувши поворотную ручку, заставил его продолжать. - Миллиард лет назад мы были обычной цивилизацией, - ответил голос. - Верили в киберангелов, в мистическую обратную связь всех созданий с Великим Программистом и все такое прочее. Но потом появились скептики, эмпирики и акциденталисты, которые через девять веков пришли к тому, что Никого нет и все возможно, однако не из высших резонов, а просто так. - То есть как это "просто так"? - удивившись, осмелился вставить я. - Как ты знаешь, бывают горбатые роботы, - ответил мне глас из махины. - Если тебе досаждают горб и кривобокость, но в то же время ты веришь, что ты таков, каков есть, ибо таким сотворил тебя Предвечный, и что план твоей кривобокости пребывал в туманности Его замыслов еще до сотворения мира, то ты легко примиришься со своим состоянием. Но если скажут тебе, что все это лишь следствие нестыковки нескольких атомов, не попавших на свое место, что тебе остается, кроме как выть по ночам? - Остается, кое-что остается, - уверенно воскликнул я. - Ведь горб можно выпрямить, кривобокость - раскривобочить, были бы только высочайшие знания! - Знаю! - хмуро согласилась машина. - Действительно, так оно и представляется простакам... - А что, разве это не так? - в один голос удивились мы с Клапауцием. - Когда приходит пора выпрямленья горбов, - отвечала машина, - возможности уже безграничны и безжалостны! Можно не только горбы выпрямлять, но и штопать прорехи в разуме, солнца делать квадратными, планетам приделывать ноги, штамповать синтетические судьбы, несравненно сладчайшие против натуральных; начинается это невинно, с обтесыванья кремней, а кончается построением всемогуторов и онтогениусов! Пустыня