Станислав Лем. Осмотр на месте -
9 >
потом пришлось еще искать шоколадку под одеялом, куда она
завалилась. Когда я ее съел, до моего сознания дошло, что надо
опять чистить зубы, и после непродолжительной внутренней борьбы
я так и сделал. Потом, пытаясь нащупать выключатель у кровати,
я нажал на что-то такое, из-за чего матрац начал трястись. Об
абажур билась ночная бабочка. Я не люблю ночных бабочек,
особенно когда они садятся на лицо, и решил ее прихлопнуть;
однако в пределах досягаемости был только здоровенный том
гостиничной Библии в твердом переплете, а швыряться Библией
как-то неловко. Я гонялся за этой бабочкой довольно долго и в
конце концов поскользнулся на альпийских буклетах, которые
перед тем побросал на ковер. Казалось бы, пустяки. Глупости, о
которых стыдно писать. Но если посмотреть глубже, не так уж это
и просто. Чем больше комфорта, тем больше мучений и даже
духовных унижений, потому что человек чувствует, что не дорос
до такого богатства возможностей, словно стоит с чайной
ложечкой перед океаном; впрочем, довольно о ложечках.
На следующее утро я позвонил агенту по продаже
недвижимости и попросил его навести справки о небольшой
комфортабельной вилле в горах; возможно, я приобрел бы
что-нибудь в этом роде в качестве летней резиденции. Временами
я совершаю поступки, которые удивляют меня самого; ведь я,
собственно, не собирался покупать здесь никаких вилл. А
впрочем, и сам не знаю. Город был, мало сказать что подметен,
но отполирован до зеркального блеска, парки нарядные, как
подарки; и эта царящая повсюду праздничная прибранность
казалась предвестием блаженной жизни, которая почему-то никак
не давалась мне в руки. Потратив впустую день, все еще не
решив, где провести лето, я решил как можно быстрее выехать из