Станислав Лем. Футурологический конгресс -
29 >
кочующего футуролога. Между тем бумбардировка продолжалась вовсю.
При наиболее тяжелых формах поражения добротой (особенно жутко
выглядел приступ вселенской нежности с ласкательными
конвульсиями) профессор рекомендовал горчичники и большие дозы
касторки в сочетании с промыванием желудка.
В пресс-центре Стэнтор Вули из "Геральд", Чарки и
фоторепортер Кюнце, временно занятый в "Пари-матч", не снимая
масок противогазов, играли в карты -- из-за отсутствия связи им
нечего было делать. Я присоединился к ним в качестве зрителя, и
тут в пресс-центр влетел Джо Миссенджер, старейшина американской
журналистики; он сообщил, что полиции розданы таблетки фуриазола
для нейтрализации бенигнаторов. Ему не пришлось повторять это
дважды -- мы стремглав помчались в подвал, но вскоре выяснилось,
что тревога была ложная. Мы вышли на улицу; не без сожаления я
обнаружил, что отель стал десятка на два этажей ниже; лавина
обломков погребла мой номер со всем, что там находилось. Зарево
охватило три четверти небосвода. Здоровенный полицейский в шлеме
гнался за каким-то подростком с криком: "Остановись, ради Бога,
остановись, я же тебя люблю!" -- но тот, как видно, не принимал
его уверений всерьез.
Грохот понемногу стихал; журналистов разбирало
профессиональное любопытство, и мы осторожно двинулись в сторону
парка. Здесь при живейшем участии тайной полиции совершались
черные, белые, розовые и смешанные мессы. Огромная толпа
неподалеку горько рыдала; над ней возвышался плакат: "НЕ ЖАЛЕЙТЕ
НАС, ПРОВОКАТО- РОВ!" Судя по числу обращенных иуд, расходы
правительства на их содержание были немалыми и, надо думать,
отрицательно сказывались на экономическом положении Костариканы.
Вернувшись к "Хилтону", мы увидели перед отелем еще одну толпу.