Станислав Лем. Рассказ Пиркса -
2 >
с кем-то ругался из-за очереди на посадку - и случайно заметил другую
ракету. Парень думал, что он один в космосе. Он так кидал свой бочонок,
будто припадочный. Все мы знаем, как это бывает: пробудешь пару дней в
космосе, и одолевает тебя нестерпимая охота что-нибудь сделать, все равно
что - дать полный ход, помчаться куда-нибудь, крутануться на большом
ускорении так, чтоб язык высунуть... Прежде я думал, что это вроде
неприлично - человек не должен чересчур потворствовать себе. Но, по сути
дела, тут лишь отчаяние, лишь охота показать этот язык космосу. Космос не
меняется так, как меняется, к примеру, дерево, и поэтому, наверное, трудно
с ним свыкнуться.
Ну вот, хорошие книги как раз об этом и говорят. Ведь обреченные на
смерть не станут читать описание агонии - так и мы все слегка побаиваемся
звезд и не хотим слышать о них правду, когда оказываемся среди них. Это уж
точно - тут самое лучшее то, что отвлекает внимание; но мне, по крайней
мере, больше всего подходят именно вот такие звездные истории - ведь в них
все, даже космос, становится таким добропорядочным... Это
добропорядочность для взрослых, - конечно, там есть катастрофы, убийства и
всякие другие ужасы, но все равно они добропорядочные, невинные, потому
что с начала до конца выдуманные: тебя стараются напугать, а ты только
посмеиваешься.
То, что я вам расскажу, - это и есть вот такая история. Только со
мной она вправду случилась. Ну да это неважно.
Было это в Год Спокойного Солнца. Как обычно, в этот период делали
генеральную уборку в Солнечной системе, подбирали и выметали массу
железного лома, который кружится на уровне орбиты Меркурия; на шесть лет,
пока строили большую станцию в его перигелии, там набросали в космос кучу